Анатолий Болгов

Поэзия

01. МИЛЛИОНЫ МОИХ УКРАИН

Украина, кровь и нэнька. Сборник отчаяния, злости и печали

I. Мальчик из Донбасса

1
Когда в забой спустился мой отец,
А бабушка крестила шахты кровлю,
Я вдруг услышал крик и стон сердец
Шахтёров-муравьёв истекших кровью.

Где Мёбиуса вечный транспортёр
Смешал тела с километровой толщей,
Там уголь, превратившийся в костёр,
Не гаснул от слезы скупой и тощей.

Мечтал, лепя модели кораблей,
О море, что подарит мне просторы.
С теченьем дней я становился злей
На перекрёстке горестных историй.

Всегда несу в душе Донецкий кряж -
Закованные в боль мемориалы,
Любовь и детство вдоль смертельных краж.
За ними степь в раздолье маков алых.

2
Во сне я брёл в отцовских сапогах
По той одной, единственной тропинке,
Вдоль сада, что дождями стал богат
И пламенел калиновой дробинкой.

Месила грязь пахучая кирза,
Следы водой затягивались разом.
В груди гнездилась мыслями гюрза,
Питая боль простывшею заразой.

Смертельной стаей листья пронеслись,
Пугая свет, в болотную воронку.
Я шёл к утратам, сплёвывая слизь,
Я шёл к тебе, любимая сторонка.

За каждый день разлуки расплачусь,
В твои холмы стихами ярко выльюсь.
Я так хочу тебя прижать к плечу,
Рыдать и плыть твоей ковыльной пылью.

Я возвращусь в родимый дом седым,
Втяну ноздрями детства милый запах.
Дай бог прожить немного молодым,
Потом и в землю, головой на запад.

2010. 2011.

II. О русском языке на Украине с печалью

"Росiйська мова". Вопрос к знатокам украинского языка. Неужели существуют канадский или швейцарский языки? Неужели в украинском языке нет такого слова, как "русский", кроме слова "москаль" или "российский"? Скажу по секрету, что путешествуя по Украине, я увидел придорожный знак перед селением со старым названием "Русское", заменённое на правильно украинское - "Руське".

Далее.
Красный текст - на украинском языке,
Чёрный цвет - на русском.
Синий - звучание украинской мовы русскому уху.

Коник мой близок иконе,
Коник мой вздох , а не рык. _ _ _ _ _ _ _ _(Конык)
Коник – вся ставка на коне,
Коник – мой старый язык. _ _ _ _ _ _ _ _ (Конык)

Пусть мой кадык оторвётся,
Стукнет костяшкой о стык,
Если под пыткой развёрстой
Я проикаю вам ЫК.

Та хiба треба блукати _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ (Та хиба трэба блукаты
Бiля вогню боротьби? _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ Биля вогню боротьбы
Кати пугливые катят _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _Каты) ...
Глыбу смертельной судьбы.

ГлОба, мой прапрадед Глоба! *
Что ж из могилы не встал?
Вновь накаляется злобой
Мовного слова металл.

Ты ли глумился над речью,
Ты ли судьбу так верстал,
Острым кинжалом картечи
Слал поцелуи в уста?

Я прошепочу – кохати! _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ (Я прошепочу - кохаты!
Хай долетить до небес. _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ Хай долэтыть до нэбэс)
Палочкой Коха у хаты
Вижу - кривляется бес.

Хай пролунає – кохати! _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ (Хай пролунае - кохаты!
Хай на зупинцi журби _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _Хай на зупынци журбы
Тиха не встане прохання _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ Тыха нэ встанэ прохання
Вiдлунням злої ганьби. _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _Видлунням злойи ганьбы)

Коник споткнулся о мову,
Ойкнуло сердце окрест.
Ставят узорному слову
Галицкий буковый крест.

Ляжет с позором в могилы
Ёмкая русская речь?
Нет. Накопившая силы
Будет нас дальше беречь.

* - спросите меня, какое отношение я имею к Украине?
Самое хорошее и прямое: я там родился и украинский язык для меня не чуждый. Первые семнадцать, а они счастливые годы, я жил и учился говорить на двух языках.

** - Спросите меня, при чём тут Глоба? Всё просто: один мой двоюродный брат, Сергей Николаевич Глоба, живёт в Москве, а другой, Олег Николаевич Глоба, в Алчевске, что в Луганской области.
Если не верите, то прочтите мою фамилию наоборот - всё закодировано. :)))
Имею ли я какое-то отношение к известному Павлу Глобе? Да, имею. Мы с ним в родстве - седьмая вода на киселе. :)))

2009. 2012

III. Не тронь колокольчик

Запел мой ангел тонко – троньк!
Взлетела пуля с острым жалом,
Покинув с порохом патрон,
А гильза тронкой задрожала.*

О, Боже, мальчик был убит,
Который выстрелил в другого,
Две зiрки выпали с орбит,
И стон их был в гробы закован.

О, коваль, Бог и чародей,
Зачем бросал детей на камень,
В густые грошi, чтоб радеть
За януковичей с кличками?

Зачем замешивать людей
В гончарном омуте майданов?
Из-за каких блатных идей
Калечить быль, тобою данной?

Свобода, выхватив наган,
Ощерясь острыми клыками,
Життя разденет донага
И запинает сапогами.

Я верил, верил бы тебе
И упивался б новизною,
Но ты - то бог нам, а то - бес,
И нет поєднання иного.

Прости меня за чёрный сум,
За думы алые в печали.
Ты крест подашь - я понесу,
Но дай же выжить нам вначале.

Детей на площади не тронь,
Бери меня, я олух лишний.
Заныло серце тихо – троньк,
На грудь выталкивая вишни.

* - Тронка – колокольчик для овец ("Тронка" - роман Олеся Гончара), зiрка – звезда, грошi– деньги, коваль – кузнец, життя – жизнь, поєднання – единение, сум – грусть, серце – сердце.

Февраль, 2014

IV. Миллионы моих украин

Через гвалт воронья
До тебя не пробиться без крови,
Без тупого вранья,
Что в любви не желал и врагам.
На задворках небес,
У корыта для слёзного рёва,
Ухмыльнётся мне бес,
Через солнце просунув рога.

Отупею на миг,
Но навеки тебя заревную,
Зареву сотней СМИ,
Обрекая молитвы на рык.
Ветром сядет на Днепр
И на пойму его заливную,
Мой измученный нерв
И душой перегретый нарыв.

Может быть, дотянусь
До косы, до руки , до плеча ли,
Через плесень и гнусь,
Что разлиты в майдане руин.
Обниму острова
В океане вражды и печали
И приму все слова
Миллионов моих украин.

Февраль, 2014

V. Яйценюх

Поэт, писатель, публицист, редактор и историк музыки Владимир Кулемзин очень точно и сочно обозвал Яценюка яйценюхом - Яйценюх :)))
Пройдитесь по ссылке и почитайте его изумительную подборку:
https://mail.yandex.ru/neo2/#message/222000000525 ,

А я завершу это дело своим опусом, используя яйценюхача.

Яйценюх добрался до Америки:
Дай гармат, Обама, дай гармат! *
Погоди слюнявиться в истерике,
Нюхай пах вначале задарма
У Маккейна, Керри всё, что спереди,
А потом откроешь закрома.

* - гармата, в переводе с украинского - пушка.

Март, 2014.

VI. Оба-на в интернете

Обама не промолвит – оба-на!
Он с горделивой мимикой прикажет
Послать Россию на срамной банан,
Возможно, в половые губы даже.

Обида душит Барака сполна,
По-русски ветер бьёт его из Крыма,
Поэтому развязана война,
Словесная пока, без бомб и дыма.

Позиция Америки проста:
Чем хуже Украине и России,
Тем лучше продвигать свои места
Под видом либерального мессии.

Обама стал седым и побелел,
А я, москаль, стал чёрным на планете.
И где та щётка или чистый мел,
Чтоб рожу сделать белой в интернете?

Я знаю, что не запуском ракет
С их точным и убийственным ударом,
А просто правдой, но не в кулаке,
А на ладонях - самым веским даром.

И в этом мощь, как говорили встарь,
И эта сила действенна поныне.
Но главное, чтоб вера на устах
Не стала воплем в атомной пустыне.

Апрель, 2014

VII. И заживём, что Бог, в Париже

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . «…Экраны брешут и писаки,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . все блюда в собственном соку.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Тут недосеки, суки, псаки...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И все "ку-ку"!...»
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Простолюдинка. «Большой кирдык»
https://www.chitalnya.ru/work/1066922/

1
Долбят гонцы в Верховной Раде –
На мове только говорить.
В раю, аду ли, как награду –
Горилку пить.

Москальским рыбам и норушкам
Покажем пальцами козу.
Всем дятлам, ласточкам, кукушкам -
Кричать зо-зу. *

Орать всем – Слава Украине!
Героям слава! - отвечать.
А кто молчит, тому отныне
В лицо печать.

Крепите дух в народной скачке,
А хто нэ скаче, той москаль.
Обама денежной подачкой
Нас приласкал.

Гноби кремлёвского соседа,
Лупи ему не в бровь, а в глаз.
Всегда одна для них беседа –
Своруем газ.

Страшны ли холод и морозы?
Проскачем зимы как-нибудь:
Срифмуем к розам паровозы
И в дальний путь.

Европа нас обнимет нежно,
Не то, что северный медведь,
И заживём мы незалежно,
Свобода ведь.

Того, кто с Радой не согласен -
Прижмём нацгвардией к ногтю.
В могилу всех, кто нам опасен,
В Москву, тю-тю.

Ах, заживём, что бог в Париже,
Считая деньги – нечет чёт.
Тому, кто русского прирежет,
Вовек почёт.

2
Легла пороша у параши **,
Видать, там вкусная еда.
Не зли медведя в нашей Russia,
Как пить, всегда.

Как пить, не делай зла детишкам,
Преступно славянски бомбить.
Кто кровь лакает, как винишко,
Того - прибить.

* - зозуля (укр.) – кукушка (рус.)
Для затравки услышанный мной анекдот.
Сидят на ветках дерева, через которое проходит русско-украинская граница, две кукушки.
Сидящая на русской ветке спрашивает сидящую на украинской:
Ты почему не кукуешь?
Та менi дозволено тiльки на мовi гукати. Ось, зо-зу, зо-зу, зо-зу …

** - пороша – отходы от президента.

2014

VIII. Ножи и виселицы

Украина, в душе не окраина,
У могил наших предков слегла.
Майданутой свободой изранена
Ты не видишь святого угла.

На груди вышиванка окрасилась
Спелым цветом продажной зари,
«Ще нэ вмэрла» пропев, ты окрысилась
И бандерами стала сорить.

Ощетинилась вишня гилляками,
Хто нэ скаче - тот подлый москаль,
Но прыжки те у виселиц с плахами
И для русских то волчий оскал.

Ты клыками кличков затурчинилась,
Яценюкнулась в омуты бед.
Олигархам ли мыслить кручинами,
Им тебя подадут на обед.

Приласкаться, приластиться надо бы,
Мы цветы в нежных песнях с тобой,
Но словесные выросли надолбы,
Наши души ведут на убой.

Неужели забудутся прошлые,
Освящённые тысячи лет,
Неужели поганые пришлые
Выжгут свастику нам на челе?

Украина, моя не окраина,
Осокорем у сердца легла,
И нацистскими острыми гранями
Наркотически входит игла.

Апрель, 2014

IX. Видповидь львивському поэту

В Триполье древнем и в её раскопках, *
Таится красным кладом наша Русь,
Но ты твердишь, как неразумный попка, -
То предки укров жрали там икру.

Ты угра укром заменил наивно, **
Накрыл страну грушевской лабудой:***
Укором нам предстала Украина,
Укорщиной и огненной бедой.

Что жечь и лгать, что выпить стопку виски
И салом с луком смачно закусить,
Едино всё, коль пал душою низко
И нет святого больше на Руси.

Кромсая битой заповеди предков,
Ты гробишь время и своих сынков.
Припомни сказку про большую репку:
Тащить любовь нам вместе из оков.

* - по данным из работ А.А. Клёсова, занимающегося исследованием ДНК, в таких украинских и русских городах, как Чернигов, Полтава, Владимир, Ярославль и др. живёт более 80% носителей
гаплогруппы R1a1, то же обнаружено и при исследовании раскопок Трипольской культуры. В среднем по всей России и Украине – чуть более 70% носителей такой ДНК, являющейся точным атрибутом, то есть генеалогическим паспортом русской нации. Не удивительно, что и большинство жителей Прикарпатья и Карпат несут в себе R1a1.
Здесь можно найти ссылки на работы и книги Анатолия Клёсова, работающего в США:
https://www.chitalnya.ru/work/699528/

** - шутливое сравнение: угр – венгр, Угорщина – Венгрия, «укр» - украинец, отсюда и «Укорщина».

*** - Михаил Грушевский, украинский историк, труды которого приняты за основу в системе нынешнего школьного образования на Украине.

Май, 2014

X. Украина, ридна нэнька

Слышен возглас - "Drang nach Osten!" *
Гидра свастики растёт,
Роет ямы на погосте
И бросает мир в костёр.

"Deutschland , Deutschland über alless" - *
Горько рыться в тех вещах,
И в словах, где Аллен Даллес
Смерть России предвещал.

Украина, ридна нэнька,
Ты одна превыше всех. ***
То соловушка протенькал?
Нет! Орал нацист и псих.

В обожжённом крике мая,
В маете родных степей
Подлость души изымает
И вопит: "Сожги! Убей!"

Плачь Москва, рыдай Одесса,
Жги обиду на свечах
Тем огнём покойной мессы,
Где застыла боль в очах.

Плачь Донбасс моим Луганском,
Но и ты, Нью-Йорк, заплачь:
Украиной, уркагански,
Правит изверг и палач.

Правый сектор, это секта
Отмороженных идей.
У него есть главный вектор -
Жги, стреляй, кромсай людей!

Все бандеровские кличи ****
За спиной тупых кличков
Лягут плетями на плечи
И шипами от оков.

Впору гнать убийц и нечисть
С окровавленной Руси.
Время подлых не излечит.
Господи! Меня прости.

* - "Drang nach Osten" - "Натиск на восток".
** - "Deutschland über alles" - " Германия превыше всего" (из стихотворения Августа Генриха Гофмана, первая строфа которого была гимном Третьего Рейха).
*** - "Україна понад усе!" – "Украина превыше всего!"
**** - "Слава Україні — Героям слава!", "Слава нації! — Смерть ворогам!" – лозунги УПА-ОУН, нацистских воинских формирований Бандеры и Шухевича времён Великой Отечественной войны.

Май, 2014

XI. О пейнтбольных пулечках

В шариковых пулечках радуга пейнтбольная:
Кровь разнообразная, цвет бери любой.
Штучно выдаётся нам радужно забойная,
Европедерастная, страстная любовь.

Меркели, обамы ли, нам её отмерили,
Либерально липкую сперму от свобод,
Бродит по Рассеюшке одноногим мерином
Пятая колоннушка, дёргаясь вперёд.

То ли хромосома в ней появилась лишняя,
То ли мозжечок в мозгу спорами пророс,
По сердцам пуляется кроветворной вишнею…
Впору распылять в сорняк медный купорос.

Впору восвояси гнать с Украины матушки
Воздух пробендеренный вдоль и поперёк.
Им пропахнут, наконец, боннские оладушки.
Ты прости, немецкий шваб. Не со зла изрёк.

Не хочу, чтоб у тебя, в помещенье храмовом
Пусси Райот завывал и плясал при том.
Не хочу, чтоб наш берет, и тем боле краповый,
Приносил России пыль в твой отцовский дом.

Но и ты не лезь ко мне с ополченьем натовским,
Не руби кацапский сук, мы с хохлом на нём.
Много ль пороху войны и снарядов надо ли,
Чтоб накрылся Божий мир атомным огнём?

Май, 2014

XII. Читаю старые стихи в метро, а мысли об Украине

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . « - Куда едешь?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . – В Армавир.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . – Для чего?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . – Конечно …».
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Леонид Мартынов

Во тьме тоннеля, под землёй,
Творя поток воздушных струй,
То с воем, то шипя змеёй
Несётся человечий труд.

В природных недрах, под рукой
У чёрных дыр погибших звёзд
Летит судьба в иной покой,
В коренья города и вёрст.

И я бегу, не веря дням,
Не помня тропки в Армавир,
Где солнце знает про меня
И клятву с другом на крови.

Где нас наполнил звёздный свет
Под зов губительных цикад.
Казалось, смерти вовсе нет,
А есть навечно рай и ад.

Мелькают в памяти огни
Под гул смешения эпох,
Неся тревогу – мы одни,
И нас покинул тайно Бог.

Ушёл, чтоб вспомнили опять
Мы про Гоморру и Содом,
Чтоб вновь смогли его распять,
Когда в земной вернётся дом.

Всё перепутано вдали
И перевёрнуто вблизи:
В иконах властвует Дали,
В умах предатель на мази.

Война струится на края
Моих усталых украин,
Где рая нет, и зло роят
Майданы смерти у руин.

Каким законом от свобод
В работе чёрного вождя
Прибита к сердцу скорбь забот
В потоке смертного дождя?

Каким законом бытия
У гравитации времён
Распят наш мир, убит и я,
А дьявол заново рождён?

1976. 2013. 2014

XIII. Вечер, ночь и утро в летнем Донбассе. Июль, 2013

Июльский зной – бальзам на кожу,
А зелень сада – для души.
Вдали кукушка день итожит,
Считая, сколько мне тужить.

Приходит вечер и на теле
Поюнно ветры улеглись.
Из рук синица улетела
За журавлём на край земли.

Ладьёй причалил старый месяц
И парус в небо отпустил.
Застыла ночь у звёздной взвеси
И Бог навек меня простил.

Вдохнул магическим мерцаньем
В мою отраду и теплынь
Великий дар для созерцанья
И солнцем к радуге поплыл.

Прости и ты, моя Отчизна,
Где юность грел отцовский кров.
Отдам тебе без укоризны
Своё старение и кровь.

Оставлю для себя три слова:
Семнадцать букв и вечный бой,
Плоды рассветного улова –
Надежду, веру и любовь.

XIV. Вечер, ночь и утро в летнем Донбассе. Июнь, 2014

Где веселье? Кровью побежало,
Утонуло в Северском Донце.
На рассвете завизжало жало
С опереньем смерти на конце.

Падают не яблоки и груши,
Накрывают мины новый сад.
Отчий дом и мой покой разрушен,
Но с дороги не свернуть назад.

За Привольем, у моста в Рубежном,
Ополченье раненым лежит,
Нам на помощь облаком, неспешно,
Льётся саван, что слезами сшит.

Где Россия? Что молчишь, родная?
Похоронку или песню ждёшь?
Только небо сжалилось над нами
В омовенье радостным дождём.

Поспешите, други, поспешите,
Остудите изверга огнём.
А меня сховайте в мирном жите, *
Чтобы видел солнце день за днём.

* - Сховаты (украинское) - спрятать, похоронить.
Ховать (русское) – прятать, хоронить. Русский орфографический словарь Российской академии наук. Отв. ред. В. В. Лопатин.

2014

XV. Inter arma silent leges

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Inter arma silent Мusae - когда говорят пушки, музы молчат.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Inter arma silent leges - когда гремит оружие, законы молчат.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Марк Туллий Цицерон – для нас.

Слёз поток, что смазка языку.
Для кого такое справедливо?
Ноет ночью мой пивной ссыкун, **
Въедливый до боли, но стыдливый.

Утром дует в солнечный свисток
Мой порыв, до лирики игривый,
Сыплет пудрой солнце на песок
И уходит в день словесной гривой.

Толку нет от этого вранья.
Помощью ли будет убиенным
Сотня слов под залпы воронья?
Только выстрел в голову гиены.

Впору свой компьютерный диван
Поменять на дымные окопы.
Златоусто молвил Иоанн -
Ставь на губы яростные скобы.

Ствол бери со ржавчиной от слёз,
В бой иди за выжженную землю.
Знаешь, друг, на небе много грёз,
Но фашист совсем тому не внемлет.

Он в салаты Славянск искрошит,
Сдабривая гимном – ще нэ вмэрла.
Жизнь возьмёт за куцые гроши,
Промочив горилкой злое горло.

Быть, не быть. Окопы ли, кровать -
Колет ум животная тревога.
Знаешь, друг, смертям двум не бывать,
Потому одна тебе дорога.

Июнь. 2014

XVI. Годовые кольца Украины

1
О чём тревожно шелестит
Мне ветерок в траве июля?
Зачем в распахнутой горсти
Дитя играет гильзой пули?

О чём неистово бубнит
Закатный дождь о скол берёзы?
В сухом остатке только пни,
А в мокром соль накрыла слёзы.

Распилен лес для домовин,
Опилки сыплются на рану,
Трава испачкана в крови,
Роса горит у красных гранул.

Весна уложена в гробы,
Дома в разрухе у чертогов.
Пришли на родину рабы,
Чтоб гробить истину истоков.

Кого приветствуешь, страна?
Нацизм твой истинный пришелец.
На свисты пуль и взрыв гранат
Ты променяла листьев шелест.

Кромсай леса, руби с плеча,
Да что там, жги в Донбассе хаты!
Навек не птицы замолчат.
Твои солдаты. Аты-баты.

2
Приласкан край, затёрт до дыр
Под новой киевской опекой.
«Воды!» – вопит. «Скорей воды!»
Лишь ласка пуль в ответ и спека. *

Стенают оси новых дней
В колёсах лет у старой боли.
Минуты тянутся к родне,
Часам любви, теряя волю.

Разрезан век на сто кусков,
Мы в каждом сок берёзы пили,
На тех порезах жив раскол
От жирных козней изобилий.

Где лес шумел – сплошные пни
Стоят свечами на погосте.
Над ними звёздные огни
Ярятся и дрожат от злости.

В открытом срезе обнажён
Полёт планеты год за годом,
В нём концентричность мёртвых зон
Кругами жизни чертит коды.

О чём рисунок мне твердит?
На нём начертан обод смерти.
Но есть и радостный вердикт:
«Любите в горе, в нём и верьте».

* - спека (укр) - зной

Июнь. 2014

XVII. Мой поезд шёл...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Если крикнет рать святая:
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .«Кинь ты Русь, живи в раю!»
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Я скажу: «Не надо рая,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Дайте родину мою».
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .С. А. Есенин

1
Мой поезд шёл вдоль рыжих терриконов:
Вот Славянск, вот Дебальцево, Алчевск…
Спелёнатая дымом заоконным
Стенала степь на выжженной парче.

Я здесь любил, читал запоем Грина,
Но не видал вовек таких руин.
Нацизм принёс в Донбасс гнильё гангрены,
Цветёт в ней запад хворью украин.

Закат рубины выбросил на скверну,
Огнём заправил облако свинца,
Окрасил кровью выжженные скверы
И красным горем прыгнул у лица.

Реветь бы мне и злость присыпать солью,
Затем сластить слюной от мудреца,
Но что поделать, вечер дружит с болью,
И этим спазмам сердца нет конца.

Доколе в крае детства быть измене,
Доколе ей строгать для жизни гроб.
Пора бы нам собрать свои каменья
В опору дома, не боясь угроз.

О, Русь, моя, здесь загнанная в угол,
Ты о пощаде миру не вопишь.
Подсыпь в пожар мой страх и бедный уголь,
В котором стон колотит гладь и тишь.

2
Брожу по пыли в гриновской таверне,
В разрывы бомб уходят корабли…
Где нет любви, там место только скверне:
Идёт спектакль про баксы и рубли.

Владыка денег в самом сладком виде
Конфету счастья россам преподнёс.
Судьба людей - ему театр комедий,
Где смех выходит кровью день за днём.

Где тот стакан, чтоб правде отстояться,
Где тот мальчиш, чтоб ночи отстоять?
Какой ущерб правители-паяцы
В своих умах для праздника таят?

Спрессован воздух гирями сомнений,
Придавлен дух под воями сирен,
Мотаю бинт на боли от ранений
И тихо жду у боя перемен.

Рассвет падёт на мой душевный овощ,
Росой усилит утренний озноб.
Донбасс мой жив и ждёт святую помощь,
Чтоб в гроб загнать бандеровское зло.

О, степь, моя, от края и до края,
Где страх умрёт в подсолнечном тепле…
Сказал поэт, не надо в небе рая,
Дай отчий дом в Руси на сотни лет.
Июнь. 2014

XVIII. С тоской по малой Родине

Здравствуй Родина, вроде бы близкая,
Но далёкая, как никогда.
Что ты сердце ладонями тискаешь,
Там журчит неживая вода.

Мне бы омуты вымерять плачами,
Да родился твоим палачом.
Мне бы в детство свернуться калачиком
И прижаться к уюту плечом...

Да раздут петербургскими планами,
Что нутро и судьбу теребят.
Мне б тебя обустроить, желанная,
Но уехал и предал тебя.

Всё пылаю огнём неприкаянным,
Что Иван, позабывший родство.
Я прибился к улыбочке каменной,
Где барыш и война естество.

Всё надеюсь, вернусь, долгожданная,
Выпью ветер с раздольных степей.
Ты в рожденье мне Господом данная...
Я вернусь перед смертью к тебе.

2013

XIX. Вставай, затаённая русская рать!

Равнинные реки неспешно несут
Бурливые думы от гор,
Где в саванах снега вершит самосуд
Орёл, что с рождения горд.

Неспешные воды полынной Руси
Текут в неизбывную даль.
Орлиную гордость у них попроси
И рабскую выжми юдоль.

Нам рано деревья пилить на гробы,
Народ мой не будет немым.
Давно осознали, что мы не рабы,
А если рабы, то не мы.

Не в горе скорбеть и в раздрае стенать,
Не время в тоске умирать.
Над нами нависла нацизма стена
И это не мрачный мираж.

За пепел Одессы, за Славянск, Луганск,
За память убитых родных,
Бери обнажённый до боли наган
И бей лютой нелюди в дых.

Вставай затаённая русская рать,
Настал вековой твой черёд,
Не мы начинали войною играть,
Где нечисть о славе орёт.

Войдут наши воины в Красную Русь
Не мстить и не люд убивать.
Зароют вражду они в чёрном яру
И пустят фашизм на дрова.

Живи, галичанин, волынец - живи,
Но сделай добро для людей:
Построй в каждом городе Спас На Крови
Тобою убитых детей.

Июнь. 2014.

XX. Так будет впредь
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Почему, для кого, навсегда ли
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Омываются кровью долины?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Для чего наши души страдали,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Зарывая убитое в глины.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Не звенит на лугах колокольчик,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Не цветёт красным летом истома,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Зной в осколках, от гнева игольчат,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Прошивает испарину дома.

На краткий срок от жизни, навсегда ли
Разбиты ложью скрепы на разъёме.
О том, как мы горели и страдали
Молчит могила друга в чернозёме.

Не строй, Европа, глазки небу чисто,
Ты у Обамы чётко на поверке,
Мы не простим твоих зверей нацистов,
Которых кормит ангельская Меркель.

О, Русь моя. У горечи в полыни,
Под визги пуль у шахтных терриконов
Крепи свой дух, который мощно хлынет
И смоет грязь от галицких законов.

О, мой Донбасс, где кошки одичали,
В печальном гневе стань, как уголь, жарким.
Тебя спаяла звёздными ночами
Мечта свободы самой сильной сваркой.

Крести младенца в божеской купели,
Накрой пшеницу солнечной обновой,
А песню, что от горя не допели,
Допой в любви и повтори по новой.

Так будет впредь, как ныне или прежде:
Семь раз любовь правителей отмерьте,
Один раз гниль предательства отрежьте
Под почерк жизни росчерками смерти.

Июль. 2014

XXI. Терриконовая икона

У морщин на ржавых терриконах
Заметалась пара сизарей.
На душе заплакала икона,
Что писалась кровью на заре.

Грязный дым разорванной пелёнкой
Запахнул испуганный рассвет.
Миг войны из чёрно-белой плёнки
Опустился копотью на цвет.

На сухой меже, раскинув руки,
Умирая, женщина лежит.
То распятье мне приносит муки,
Обнажая в ярости ножи.

На краю у вечности убогой
Обняла она свою вину.
«Быть - не быть» - доверилась ты Богу:
Жить осталось несколько минут.

Над простором выпростали змеи
Языковый яд своих идей.
Будь я проклят, если не сумею
Защитить от зла твоих детей.

Зуб за зуб возьму, за око око,
Стану в гневе стойким и глухим.
У предсердья голосом пророков
Закричали в небо петухи.

В бой ведут призывные горнисты
Отголоском самых мирных дней.
Есть на белом свете много истин,
Но о доме истина родней.

Июль. 2014

XXII. Несостоявшееся лето в Лисичанске *
1
В чашке пламенеет земляника…
Зубы от оскомины болят,
Соком вишни выпачкана книга
Та, что я беру с собой в поля

И читаю истины запоем,
Ангелов рисуя между строк.
Мне б дышать их праведным покоем,
Только Бог в душе невольно строг.

2
Мельба , что сокровище для клада, *
Обрамляет красным летний душ,
Греет воздух полненькая Клапа -
Лучшая красавица из груш.

Белыми наливами настоян
Утонувший в запахе июль.
Есть одно желание простое:
Завернуться с ним в небесный тюль.

* - Мельба, белый налив – яблоки, выспевающие в июле, как и груша Красавица Клапа.

3
Брызги солнца - это абрикосы,
Пышет зноем их густой нектар,
Вторят жару острозвонцы осы
И лакают жадно божий дар.

Аромат струится желтородный,Обрамлённый шелестом листов.
Хочется писать мне приворотно,
Зачерпнув ладонями исток.

4
На лиловых сливах проявилась
Тонкой плёнкой серая пыльца.
Пальцем трёшь и чистишь эту милость,
В отраженьях - контуры лица.

Усмехнёшься новому обличью
На картине из кривых зеркал.
Это счастье, улыбаясь, кличет,
Чтоб его ты в августе искал.

5
Обласкаю кисти винограда
Прикоснусь их девственной груди,
В них упругость высветила радость
И о счастье сахарно гудит.

Девичьи соски ещё набухнут,
И призывней станут, и добрей.
Не спеши бросаться в их припухлость,
Ты их зацелуешь в сентябре.

6
Над корнями нового ореха
Льётся тропка в Северский Донец.
На пути есть давняя утеха –
Напоённый зноями чабрец.

Набирай в карман пахучих листьев,
Нам ли пить по осени печаль.
Есть на белом свете много истин,
И одна из них – вечерний чай.

7
Разгорятся ягодным пожаром
Два куста калины под окном…
Два огня любви земного шара,
Словно мы на свете два в одном.

Соберём те свадебные кисти,
Зелье счастья вместе натолчём.
Милый друг, есть радостные вести:
Нашей жизни зимы нипочём.

8
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . В огороде бузина, а в Киеве дядька

За плетнём, где сырость и прохлада,
Чёрный бисер ягод бузины
Разливает в осень запах яда
И зевоту будущей зимы.

Есть и дядька, киевский майданщик,
В бане слов он яростно осип.
Не хлещи словами, лживый банщик,
Не срывай живущее с оси.

9
Не туманы бродят над рекою,
Не лягушки в заводи орут,
Чёрный дым стоит над упокоем,
С лязгом танки выползли на труд.

Улетаю жаворонком в небо….
Ты прости меня, любимый край.
Думал в мёд ложиться белым хлебом,
Да настала чёрная игра.

10
Не видны разливы звёздной ночи,
Не слышна вибрация цикад -
Плачут дети, слепнут в горе очи:
Жить в подвалах – это сущий ад.

Поутру не озимь в землю ляжет,
А в крови осколков семена.
Воздух лета порохом заряжен,
На крестах – убитых имена.

* - г. Лисичанск, что в Донбассе

Август, 2014

XXIII. Эй, майданщики!

Отболело в душе, околело
Состояние скорбного зла.
Раздробилось оно о полено,
Что майданная грязь принесла.

Ой, люли, ой берёзки, мы злюки,
А подлюкам ли нужно добро.
Завернул я осколочки в глюки,
Опустил их камнями на дно.

Утопил навсегда эту память,
Избавляясь от горечи слов.
Не рождается истина в спаме
От свобод майданутых ослов.

Наклонились ветвями осины,
Ой, люли, сколько много гилляк.
Заскулили иудовски псины,
Продолжая хвостами вилять.

Эй, майданщики, вы же прохвосты,
Просто бесы в руках сатаны.
Сотрясая проклятием воздух,
Вы загадили землю страны.

Осквернили могилы и склепы
Очернили победы отцов.
Голубые с желтками, вы слепы,
А война не исправит лицо.

О подмоге взывайте к Обаме,
К тёте Эштон, чтоб выправить взгляд.
Но напрасно, в майдановском хламе
Вас отравит бандеровский яд.

Сентябрь, 2014

XXIV. Мой Донбасс

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Морской Волне

Не говори о счастье мне,
Соври о сцене,
Где маленький участник в ней,
Как жизнь, бесценен.
Обмой меня с моей страной
Куском обмылка
И оболги меня срамной,
Как пах, ухмылкой.

Проспекты гиблых украин
В майдановошках,
Ножи с наганами в крови -
Не смейте вошкать.
А хто нэ скаче, той москаль –
На ветки гадов.
В глазах не горе и тоска,
А отблеск адов.

Настал финал и смрадный смог
Пошёл на брата.
Ах, как я смел и нагло мог
Так многократно
Срывать свои колокола
И делать ядра:
Життя́ раздето догола
Бандерным ядом.

Ах, как я смел и нагло мог
Донбасс не бросить
И отрезать большой ломоть
Для Новороссий.
Как смел ударить подлецов
По жопе пухлой,
Кромсать нацистское лицо
От шеи к уху.

В каких разрушенных степях,
От горя белых,
Для оголтелого тебя
Зозу́ля пела?
В краю Донецком, наглый мой,
А не в Подолье,
Не я к тебе пришёл домой
С войной в подоле.

Твои ли пашни разметал
По терриконам?
Моей любви мечта, мета́,
В каких законах?
Ты хочешь, чтобы на крови
Люд был единым?
Мой враг, ты больше не зови,
Я не скотина.

От горя выцвела страна
Ушла в седины,
Под вои мин и взрыв гранат
Мы не едины.
Да будет мощным гласный бас
Вселенской звени.
Из пепла выпорхнет Донбасс,
Как птица Феникс.

Украинское життя́;, мета́, зозу́ля – жизнь, цель, кукушка

Октябрь, 2014

XXV. Атака. Ты сам для себя и поводырь, и лекарь

В разрушенном храме огнём изувечен
Смиренный покой в образах,
Вселенская злоба окутала вечность
И смертью предстала слеза.

Пьёт ворон кровавую воду воронки,
В окопах клюёт тишину,
По сердцу вороной идёт похоронка,
Воруя любовь и весну.

Накрыли погосты поля и поляны,
Распилен мой лес на кресты,
А сад, что в судьбе расцветал полупьяным,
Увечным пошёл на костыль.

Пошёл на дрова, чтоб растапливать печи
В моих воспалённых глазах,
Плескаться огнём на то время, что лечит.
Да есть ли тот врач в небесах?

Да станут ли годы паршивой эпохи
Растить человека в себе?
Оставь для беды эти ахи и вздохи,
Болезням не дай просипеть.

Ты сам для себя и волшебник, и лекарь,
До радостных дней поводырь.
Запомни, не станет нацист человеком,
Дави этот гнойный волдырь.

В броню облачи речевые нейроны
И с местью, заточенной в меч,
В атаку иди из глухой обороны,
Чтоб родину детям сберечь.

Руби эту мразь до скончания века,
Коли вещим словом в кадык.
Не дай погубить философским калекам
Наш русский родник и язык.

Январь, 2015

XXVI. Гей, гей гей, Украина - цэ Европа

Майданы бурлят неизбывно…
Народ оболванить легко.
Не катится в памяти пыльной
Майданека пепелный ком.

Легко позабыты Треблинка,
Освенцима дым, Собибор.
Что совесть, шальная пылинка,
Чуть дунул и сгинул сыр-бор.

На сердце легко от свободы
В разгульных кострах площадей.
Ну, был Бабий Яр, то уроды
Кромсали на щепки людей.

А мы не такие, поверьте,
Для нас демократии зов
Важнее и жизни, и смерти,
Главнее отцовских основ.

А то, что Донбасс разбомбили,
Так он заслужил то давно.
Там нелюди в угольной пыли,
Их дети - отребье, говно.

Таких истреблять не постыдно,
Они для Европы моча,
Не смогут изгойные стадно
Скакать и о славе кричать.

Нас Барак Обама не бросит,
Бандерство не даст загубить,
Поможет жуков Новороссий
Погнать вместе с Вовой в Сибирь.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Разруха в башках и тревожно
За жизнь на обломках страны,
Майдан в головах и возможно
Начало всемирной войны.

Февраль, 2015

XXVII. Кровавый шмель

Снег ли, дождь ли, всё едино,
Если в трауре закат.
Гонят в душу гнёт и тину
В сером цвете облака.

Лучезарью нет просвета,
Нет привета от зари.
За обочиной в кювете
Жижа с грязью говорит.

Зяблик спрятался под крышей
От глумления ворон,
Ветер стих и еле дышит
В чёрной стыни похорон.

За развал моих коммерций,
Где обмен любви на хмель,
Сел бедой на клевер сердца
От войны кровавый шмель.

Выдох, вдох сухих рыданий
Кровью рвёт речитатив,
Где уплыл рекой страданий
Мой божок, немой статист.

Та дорога тянет в небыль
Думой манит, как магнит.
Мне бы вместо неба - хлебы
И цветы твоих ланит.

Февраль, 2015

XXVIII. Здравствуй, здравствуй, Новый Год

Вереница грустных дум наполняет отчий кров.
Умирает свет в саду, отражая боль игрой
Снежных искорок в лучах окровавленной луны.
В них запевы не звучат нежным голосом жены.

На тропе, ползущей вдаль за развалы темноты
Отражается звезда в обречённость немоты.
Только в сердце маета и стучится целый век
Колокольчиком в уста и жар-птицей в голове.

Тишина подобна злу на привале у войны.
Напряжён паучий слух в паутине вдоль стены.
На подворье тишь да гладь на тревогу улеглась,
Ветерок в дыре угла, будто Божия игла.

Красота, ни дать ни взять, только некому глазеть:
Дом разрушен донельзя, сад лишь в фотке из газет.
За межою у реки - свежевырытый погост.
Перемёрзли пауки. Здравствуй дупа, новый год.

Будь здоров январь-февраль, не чихай снарядом в нас.
Украинский щирый враг, что Донбассу ты припас?
Ведь не я к тебе пришёл завоёвывать ключи:
Хочешь мира – хорошо, хочешь смерти – получи.

Утопись, нацист, в Донце и кровищем захлебнись,
В паутинистый прицел будет видно только пни:
Не жалеем сосен мы на гробы для подлецов,
От зимы и до зимы нам хранить завет отцов.

Кто приходит к нам с мечом, тот и гибнет от меча,
Мы стоим к плечу плечом, правда сердца горяча.
И не скачем, не орём гимн бандеровской стране.
Будет нужно, так умрём за свободу на войне.

Февраль, 2015

XXIX. Такое лето кровяное

Мой август дышит беспределом:От пуль все яблони в тату,
Капуста копотью оделась,
В осколках скрыв худое тело,
И давит вопли в пустоту.

Карманы зноя опустели,
Дожить бы лету до весны.
Из неразобранной постели
На небо птицей улетели
Мои испуганные сны.

И дела нет немому солнцу,
Оно есть царь в любых грехах:
Босой Христос, от неба консул,
Меняла золота на бронзу,
Топтун на курице в стихах.

Надеюсь, плазма улыбнулась
Пустым в неистовстве словам.
Со смехом, словно тётя Нуланд,
Мне сласти горя протянула,
Чтоб ошалела голова.

Зачем юнцу надежду даришь,
За ней могилу и почёт?
Не дай Господь, в мечту Гардарик,
В мою любовь мечом ударишь
И кровь по Волге потечёт.

Такое лето, брат. Густое
От холодеющей крови.
Война в Донбассе на постое
И жизнь копеечки не стоит,
Сколь Бога в помощь не зови.

2014. 2015

XXX. Когда мы встретимся с тобой в июлеВетер качает портьеры.
Время на них шелестит,
Прошлое в мёртвых карьерах
Воздухом шепчет – прости.

Вечер обнял терриконы,
Гладит морщины руды.
Гаснет закат заоконный
В дальних воронках беды.

Небо раскрыло над полем
Тайных созвездий ажур,
В степь и великую волю
Я босиком выхожу.

Ласково и величаво
Воды лежат в берегах,
Только у балок курчавых
Плещут ключи в родниках.

Даль в океане молчаний
Стелет на звёздах цветы.
Месяц в стрелецком колчане
Прячет вселенские льды.

Ночь, выпуская прохладу
Из наднебесной красы,
Дарит цветочному ладу
Спелые бусы росы.

Гуси молочной дороги *
Камни и гильзы клюют.
Хочется перья потрогать,
Ими украсить уют.

Я соберу эту тайну,
Ею накрою полы,
Чтобы в наивность мечтаний
Степью входила полынь.

* - Млечного Пути

2015

XXXI. Память и Донбасс

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . «…О, Русь, моя, здесь загнанная в угол,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Ты о пощаде миру не вопишь.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Возьми в пожар и мой душевный уголь,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . В котором стон колотит гладь и тишь…»

Если б ты знала, родная сторонка,
Как же мучительно жить без тебя:
Каждый мой выдох сродни похоронке,
Каждый мой вздох подлецы теребят.

В старом закате исход лебединый,
В новом рассвете испуг жеребят.
По изнурению горькой годины
Бродят потери, по сердцу скребя.

Где-то за далями счастье струится,
Пчёлы и ветер ласкают цветы,
Вяжутся будни на солнечных спицах,
Песня и праздник в узор завиты.

К пристани радости дума стремится,
К той колыбели добра и труда.
В быте и памяти детская птица
Не устаёт о разлуке рыдать.

Мне бы из горя по тропке ведомой
Выйти на берег седого Донца
И приголубить калину у дома,
Кровью в неё изойти до конца.

2015

XXXII. Идут бои
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Убитым городам ЛНР и ДНР
Пылает пламя надо мной, его игра видна
Во мраке, где не плавал Ной и нет ни дня ни дна.
Лови ладонями огни, убудет ли миров?
Ломай, руби и ветки гни, где мины для даров.

Горит мой дуб и милый клён, и яблони горят.
Я тут впервые был влюблён под ветром января.
Метели пели надо льдом и таяли в апрель,
Там выплыл Грина алый том в аортную купель.

Отрады нет, где на крови подвал, фундамент, дом.
Ветрами вой, рекой реви, пой трауром о том,
Как люди гибли и бродил над полем едкий дым,
Про то, как год не уродил и умер молодым.

Мой дивный город был убит, погублен до корней.
Но только ты его люби и дай тепло огней
В его дома, подай еды и клумбы напои.
Воды! - орёт дитя беды. Война... Идут бои.

2015. 2017

XXXIII. Труфанов остров. Инне Труфановой

Я живу далеко, до Днепра не пробиться без крови,
Только алых ручьёв не желаю врагам и друзьям.
У развала страны плачет память отцовского крова,
Пароходы ревут и гудками колышут изъян.
Мне пролиться б дождём и скатиться по Кловскому Спуску*
В заповедный июль, что для счастья фрегаты клепал
И каштаны дарил, одевая цветочную блузку,
Да судьба на кону от истомы желаний слепа.

Если бы да кабы, но тебе каково у майдана,
У раздрая дорог, у луганских, донецких руин.
Мне досталась стезя защищать свой Донбасс неустанно,
И при этом любить миллионы твоих Украин.

Как живут берега на зарнице в низине у Дарниц?
Расскажи, не томи, распусти на гитаре сирень.
И по деке стучи каблучком комсомолок ударниц,
Чтоб навеки убить на бандуре бандерную хрень.

Может быть, прилечу, тайной птицей присяду в Жулянах,
Дальше путь до Бровар, до погоста прадедов Глобов,
Пешим ходом дойду по траве и цветам на полянах
До зарытых семян и на время забытых гробов.

А на Лысой Горе обращусь вурдалаком и лешим,
Обласкает меня острым взглядом предсмертия Вий,
Чёрной кровью залью на вершине копытные плеши,
Только дай пригубить мне вселенную детской любви.

В полнолуние сов затешусь между птицами фаном,
Турухтаном спою по заветам запев горловой
И на руки возьму, как ребёнка, твой остров Труфанов,
Чтоб он мирно поспал, прижимаясь ко мне головой.

* - на Кловском Спуске в Киеве находилась Станция Юных Техников (СЮТ), где одно лето я, донбасский паренёк, работал в судомодельной лаборатории

2019